Владимир Лорченков (blackabbat) wrote,
Владимир Лорченков
blackabbat

Category:

минет

увы, посещения заседаний общества анонимных алкоголиков
заканчиваются для меня тем, что я выпиваю два, а то и три
литра белого. порочная сансара алкоголя раскручивается все
быстрее. так что уже сегодня утром, по пути на работу, я
взял три чешских темных и одно немецкое светло и выпил их
прямо на ходу. и тут меня осенило: глядя на девушек из ПТУ
напротив парка, прогуливавших занятия, я шепотом продекламировал:

лижи мою молодость, лижи мою страсть

как животное - соль.

прокуси мою руку,

вначале я ничего не почувствую

медная бляха синяка будет потом

все будет потом, сейчас прокуси и тяни, лижи

высасывай из меня эту дурную

кровь

обезумевшего от сверхнаполненности человека

я говорю о себе, ты понимаешь

я полон крови, я едва не лопаюсь от ее избытка

она брызжет по утрам фонтаном из моих ноздрей

система сообщающихся сосудов, слава матери-кукурузе, работает исправно

по утрам кровь течет из-под моих закрытых век,

сочится из-под ногтей, каплет с длинных красивых ресниц

от которых не одно сердце таяло

как мороженое, только сердце - кровью

кровь толчками вырывается их моих вен, я как будто Океан

а в моих венах миллионы китов, кровавых гренландских китов, синих молдавских китов, кашалотов, лопоухих, вислобрюхих и прочих китов

и они брызжут из меня по утрам фонтанами крови

радостно фыркают, ведь они тоже полны крови и жизни

я полон кровью, я полон жизни

страдание и чувства переполняют меня, льют изо рта

особенно мне удается легкая грусть и ненавязчивая тоска

мне все удается, потому что я полон жизни и крови

вытекающих из меня вовсе не потому, что я должен умереть,

а ради сохранения меня как сосуда

который не должен лопнуть, можно сказать

во мне есть предохранительный механизм, который спасает от перепроизводства

жизни и крови

и, конечно, я щедро делюсь всем этим с каждым встречным

поперечным, растяпой и головотяпом



а еще я полон железа, что вовсе не удивительно для тех

кто в химии знает толк

тонкий, как изысканные вина столовых

марок, ведь кровь полна железа

железистых опилок

поднеси к открытой ране магнит

и хлещущая кровь стянется к нему как куча

железной пыли

я полон железа и в виде крови, и в чистом, -

от слова "первозданный" меня отучил Андрей Первозванный, -

виде, в виде железного стержня

пронзающего мою спину вместо трусливо дезертировавшего

позвоночника, он не выдержал тяжести службы

и сбежал, трус, я разжаловал его и приговорил заочно к расстрелу перед строем и последующему

повешению в торжественном разряженном солдатов каре

кюре отпоет его в последний путь

приделает к носу бантик и спустит гроб с телом на воду

а потом мы отправим его чистить картошку на кухню

вот что ждет

мой позвоночник, когда он вернется ко мне в надежде

на заклание агнца



а пока у меня вместо него стальной позвоночник

который, хочу я или нет, ему плевать, удивительно равнодушная тварь

делает меня самым живучим существом в мире после кошки

из которой кишки вынимай не вынимай, а она все равно застрелится

иногда он мне мешает ходить

ведь каждый знает, что в Земле есть магнит

и иногда его включают инопланетные твари

очень редко, но включают, чтобы

обезопасить себя от таких как я, с железным штырем в спине

вас-то, обладателей костяных позвоночников, они давно

уже не боятся

и тогда я намертво прилипаю к Земле, и не могу быстро идти по шарику

и когда шарик крутится, я опускаюсь вниз головой

что вызывает у меня приступы жестокой боязни высоты

я прижимаюсь к балкону и кричу: не хочу видеть, как мир

вылетает из окна

я плачу, стоя на парашютной вышке, рыдаю, поднявшись на табурет

у меня кружится голова от восхождения на бордюр



помню, я собрался покорять вершину - порог своей комнаты

целых 15 сантиметров

несколько недель я готовил провизию, потому что подойти к вершине

непросто

запросто можно погибнуть на подходах

чаще всего альпинисты замерзают, падают, укутавшись в туман,

не на пике,

срываются в пике на подступах, подступах, потому и называются под-ст-пы

в смысле, попробуй подступись

еще я запасся ботинками на высокой подошве, прочной и рифленой

с высокими берцами, толстыми шнурками:

будь они мужчиной, они бы хвастались своей мужественностью

но у них только ботинки на подошве высокой

которыми я запасся, а еще провизией и провиантом

картой местности, планом квартиры, полученным после трех месяцев очередей

в мэрии нашего городка

красные флажки, чтобы устанавливать их на месте восхождений

как метки рекорда

в общем, после покупки фонарика, альпенштока и двух Троцких, -

это на случай если восхождение не состоится

а альпеншток на что-то да сгодится, -

предусмотрительный какой малый, этот я!

я полез покорять

порог своего

дома



целых пять дней и двенадцать ночей, по две с четвертью на день

я подходил по отрогам

порога

к нему самому, изнывая от боязни

высоты и страсти эту боязнь преодолеть

не правда ли, нет ничего более не странного, и совершенного понятного - спрашивает меня английский поэт-деревенщик Клэри, который к концу жизни сошел с ума, решил, что он английский поэт Байрон, и продолжил неоконченную поэму "Чайлд Гарольд", - чем это ваше желание поиметь то, что имеет вас, имеет, что называется, по полной программе?

да пошел ты, Клэри!

я даже фамилии твоей не помню

точно

так что ты, может, и не Клэри вовсе, а самозванец

ободранный какой-то -

ух ты, плавная кривая прозы в стихах вывела меня снова к Кокойты

здравствуйте, господин президент, доброго вам здоровьишка!



в общем, под насмешливым взглядом этого англичанина, -

ну, что за народ, даже сумасшедшие у них обладают сдержанным юмором, -

я таки преодолел эту вершину

восхождение на порог дома обошлось мне в три тысячи фунтов стерлингов, на которые я снарядил экспедицию

четверых верных грумов, двенадцати волос

и зуба мудрости, который погиб от холода на шестой день путешествия═



а стальной стержень в моей спине

после этого еще тверже стал

мало ему, что стальной, так еще и

заледенел, сволочь

-


вынь из меня эту страсть,

вытащи из меня железный стержень

своими губами

отсоси это жало,

тебе что, жалко

нет, так

бери

давай

да не давай в смысле

дай, а давай в смысле

давай начинай

в смысле

бери

так-так

вот

о!
Tags: Лорченков, постмодернизм, поэма, это сладкое слово минет
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments