Владимир Лорченков (blackabbat) wrote,
Владимир Лорченков
blackabbat

Category:

накануне

Завершение съемок в студии программы "Школа злоязычия". Камера отъезжает, мы видим техперсонал,
который начинает выходить на площадку. Снимают микрофоны, убирают свет. Лица женщин меняются,
видно, что они слегка устали. Перекидываются парой реплик. Мужчина - писатель все еще сидит с широкой
улыбкой.

− Все, Игнат, снято, - говорит Шатенка.

Мужчина, словно не веря глазам, оживает, перестает улыбаться. Снимает с себя микрофон, кладет на стол,
встает. Потягивается. Идет в угол помещения чуть впереди Шатенки. Когда та приближается к нему, резко
оборачивается и упирается рукой в стену, преграждает путь. Шатенка нарочито испуганно вскрикивает. Сейчас
они похожи на советскую певицу Аллу Пугачеву и ее возлюбленного, юмориста Галкина, в клипе на песню
«Будь со мной паинькой». Сходство усиливается, когда мужчина говорит:

− Будь со мной паинькой, - говорит он.

Шатенка прерывисто вздыхает. На них никто не обращает внимания, техники сворачивают аппаратуру, мимо
проходят люди с бумагами, как всегда на телевидении или в правительстве 90 процентов персонала ничем не
заняты, но расхаживают с таким видом, как будто на них тысяча дел.

− Игнат, что вы себе позволяе... - говорит женщина, язык ее заплетается, она волнуется.
− Слышь, малая, - говорит мужчина.
− Ты не ссы, ты че, ссыкуха, - говорит он.
− Я те пальцем вздрюню, потечешь, как эскимо бля летом, - говорит он.
− А уж потом на полшишки присуну, - говорит он.
− Взвоешь от счастья, деловая, - говорит он.
− Что ж ты при всех? - скрипит Шатенка.
− Не ссы, народ он все поймет, - говорит писатель.
− Ох, грех, грех, Игнатушка, - кряхтит ведущая.
− Да ты не бойся, ты залупи мне, ишь, каков молодец, - говорит мужчина.
− Пизденка-то, небось, уже вспотела? - говорит он.
− Трусы бля выжимать пора? - говорит он.
− Да только где они, эти трусы, если ты, шалава, - говорит он.
− Их еще, небось, в пятом классе на плечах у трудовика оставила, - говорит он.

Все это он говорит негромко, с напором, приблизив свое лицо к лицу Шатенки. Та, от фразы к фразе, все больше
краснеет, волнуется, дышит прерывисто, она совершенно очевидно, млеет. Видимо, для мужчины это не секрет.
Он резко и зло бросает собеседнице:

− А ну кончай, блядь интеллигентская, - говорит он.
− Сучка блядь московская, - говорит он.

Шатенка, прижавшись к стене, и подпираемся мужчиной, вздрагивает несколько раз, тяжело дышит (мы только
что присутствовали при бесконтактном петтинге, на восторженных женщин действует — В. Л.). Мужчина довольно
улыбается.

− Негодник, - шепчет женщина.
− Дзы, кобыла, - говорит мужчина.

Шатенка снова содрогается в оргазме. Мужчина отворачивается и идет к приятелям, которые ждут его у входа в студию.
Морячок держит айфон, остальные вокруг него, глядят на экран.

− Че, братухи? - говорит мужчина, подойдя к братухам.

Те возбужденно галдят. Экран становится экраном айфона и мы видим репортаж Антона Верницкого с апельсиновой
плантации в Греции. Потом — его же репортаж из нелегальной фабрики по пошиву одежды, что в Италии. Везде полно
трупов, кровь.

− Пидарасы блядь ОРТ-шные, - говорит нервно мужчина в тельняшке.
− Наверняка напиздели все, - говорит он нервно.
− Я бы написал об этом Эссе, - вдруг говорит молчаливый очкарик.
− Это же деревня, русская деревня, - говорит с горечью Игнат, глядя на экран.
− И по хуй что они молдаване, - говорит он.
− Молчаливые укоры смерти, тела, скрючившиеся вопросительными знаками к нелепой системе глобализационных
ценностей, тела мертвые и кривые, как метафизическое русское сознание, изуродованное водкой, - декламирует молодой
человек в очках, как стихотворение.
− А я бы книгу написал по итогам расследования, - говорит рыжеватый дебил в тельняшке.
− Мне пора уже, хули — говорит он с некоторой обидой.
− Огнедышащей болью скрежетнула по нервам новость, - бросает в сторону юноша в свитере, снимая сам себя на
мобильный телефон.
− А поехали, братки? - говорит гость программы "Школа злоязычия"
− Поехали, хули, а? - говорит он.
− Один хуй денег у ФАПа выбьем, - говорит он.
− Заодно и пробухаем неделю, - говорит он.

(ФАП - Федеральное агентство по печати РФ, финансирующее либеральное крыло чекистов во всех сферах культурной жизни,
включая литературу — В. Л.)

Все глядят друг на друга восторженно и с любовью. По очереди кладут на айфон руку, как мушкетеры из кинофильма
«Д Артаньян и три мушкетера». Начинают медленно и с улыбками петь.

− Когда, твой друг, в крови, - поет Очкарик негромко, роняя журнал (мы успеваем прочесть титул "..ская жиз...").
− А ля герр, ком а-ля ге-е-е-е-е-р, - подпевает мужчина в тельняшке.
− То дру-у-у-у-у-гом не, зови, - поет Игнат.
− Ни труса! Ни Лжеца! - патетически поет юноша в грубом свитере за 500 евро.

Глядят друг на друга с точно просчитанной любовью. Начинают обниматься еще крепче... Очкарик пытается поцеловать кого-то
в губы, его бьют по лицу.

Выходящая из помещения Брюнетка устало скользит взглядом по группке в углу, и щелкает выключателем.

Темнота.

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Все о дружбе в русской литературе.

Новая книга В. Лорченкова.

"То листья палые в тумане". 1 ноября. Здесь
Tags: Лорченков, литература, новые книги, сценарии
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments