Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

"ЭФИОП" (новый рассказ)

- Ну что за быдло эти молдаване, - сказал журналист Лоринков.
- Грязные, убогие, оборванные, - сказал он.
- А еще в Европу хотят… ишь, умники, - сказал он.
- Европу им подавай, - сказал он.

Молдаване, молча, слушали.

Ни один из них не говорил по-русски, и поэтому они просто не понимали, что говорит журналист Лоринков. А тот не знал румынского, поэтому ему было все равно, что скажут про него молдаване. Так они и жили: Лоринков и Молдавия. Как говорится, 35 лет вместе, подумал зло Лоринков. С ненавистью вспомнил Солженицына. Повезло козлу бородатому! Дача в Вермонте, Нобелевская премия, почет и уважение, слава... А за что, спрашивается?! Только за то, что Солж провел несколько лет жизни на Крайнем Севере. Ну так и Лоринков там провел пару лет жизни. И вообще, всякий русский бывал на Крайнем Севере… Тьфу!Collapse )

интервью Новой газете

еще один рассказ в "Русской жизни"

В начале 1989 года в гарнизон пришел чукча Ясын Мандысын, пропавший из гарнизона в 1987 году. Парня, считавшегося дезертиром, просто отрезало от всего мира во время двухнедельного отпуска домой на каких–то островах в Охотском море. Только оттуда до материка он добирался полгода. Страна кряхтела и ломалась, документы и деньги не значили уже ничего. Поэтому оставшееся время своего отсутствия чукча Мандысын потратил на то, чтобы автостопом добраться до другого конца страны, Заполярья.

Дослуживать.

На дурачка Мандысына приехало посмотреть даже командование морпехов из Печенги.

Они хлопали чукчу по плечу, кряхтели, матерились, пили водку и говорили, что понимают теперь, почему СССР победил Гитлера. В награду за лояльность армии, которую оплевывали все, кому не лень – в том числе и сама армия, – боец получил две недели отпуска...

Самый темный час - перед рассветом (новый рассказ)

- Сколько еще ты будешь притворяться, Иоганн? – сказал Вальтер.
- Ты это о чем, Вальтер, - сказал Иоганн.

Лениво потянулся, зевнул. Подвигал лопатками, а рукой за спиной незаметно потянул пистолет из-за пояса.

- Ну как же, ты только и делаешь, что долбишь о морали эсэсовца, - сказал Вальтер.
- А сам постоянно бегаешь к местным девкам, - сказал он.

Хохотом Иоганн скрыл щелчок предохранителя. Толкнул пистолет поглубже за пояс. Наклонился вперед, и налил. Поднял рюмку.

- Бабы везде бабы, - сказал он.
- Если, конечно, они нужны тебе как бабы, - сказал он.

… выходя из избы Вальтера, ИоганнCollapse )

рассказ в Русской жизни-2

Проханов замолк. Я – уже подкованный – сунул ему в кулак еще пятьдесят долларов. Творец ожил.

– Ну так бля, – сказал он.

– Езжай в какой-нибудь советский военный городок, – сказал он.

– Открой три мои книги, – сказал он.

– Только на плацу, обязательно на плацу – сказал он.

– Призови духи советских титанов, – сказал он.

– Кто знает, может быть именно ты тот пророк, – сказал он.

– Что призван вернуть на Землю Добрую Волю миллионов советских людей, – сказал он.

– Осуществивших в 20 годах 20 века настоящий Энергетический Взрыв, – сказал он.

– Призови духи Сталина и Ленина, Троцкого и Бабеля, – сказал он.

– Переживи мистический опыт, – сказал он.

– Напиши об этом... – сказал он.

– Книгу?! – сказал я.

– Хрен там, – сказал он.

– Колонку в GQ или в “Русскую жизнь”, – сказал он.

– А в “Завтра”? – сказал я.

– Да ну их на хер! – сказал он, почему-то обиженно.

– В “Завтра” одни антисемиты и черносотенцы! – сказал он.

– Помни, пацан, – сказал он.

– Верни нам Империю, – сказал он.

…особого выбора у меня не было

ВРАГУ НЕ СДАЕТСЯ НАШ ГОРДЫЙ УРУС

Цыганский и литературный барон Российской Федерации, доверенное лицо В. В. Путина в газете "Известия", Виктор Топорарь, устав от затяжной войны мнений и литературной полемики, которых ему не выиграть – и осознавая это – предложил мне почетную капитуляцию. Свою, разумеется. Из приличия и желания сохранить лицо поданную, как мою. Заход недурной. Через семью. Топорарь предлагает мне «прощение и «возврат в литературный процесс России» за то, что у меня - замечательная семья и прекрасные дети. Я цитирую, но не беру в кавычки.

Ведь у меня в самом деле прекрасная семья, и замечательные дети.

… Все это – разумеется - мне предлагается при условии, что я замолчу.

Конечно, предложение это само по себе по-азиатски наивно. Причем даже не суть – к сути мы подойдем чуть позже, а – его форма. Выглядит это так:

«В 1900 году Его Величество Император Поднебесной приказал белым ничтожествам, царю России, королеве Англии, кайзеру Германии, микадо Японии и президенту Франции - прислать в Поднебесную 3 миллиона заложников, вооруженных солдат. Щадя чувства ничтожеств, Его Китайское Величество разрешил им называть своих заложников оккупационной армией по разделу Китая».

Ну, и, конечно, предложение это не обошлось и без блатной распальцовки. Как всегда, с матом и водкой. «Дзы, Володька, ну его к хуям отбиваться от стаи, айда в банду, на ха, пить будем гулять будем бля, в семью эвона денежку понесешь блядь в пизду сукагнидаебанавро….». В смысле – «перестать залупаться» и тогда все «снова будет чики-пуки».

В общем, эклектика. Хоца и красиво, но и чтоб от души. «Леди и пацанчики, для Вас – «Таганка».

Но каким бы предложение не было, оно было, и оно получено. И раз так, мне положено ответить. Что я и делаю. И для начала я скажу самое важное.

Я говорю Вам – нет.

30.18 КБ
Подпись под фото: «Ваше Высокопреосвященство, если я соглашусь перейти к Вам, меня так и не смогут понять Набоковы и Бунины, и так и не смогут принять «прилепины» и «курчатовы».
Collapse )

САРЫНЬ НА КИЧКУ (новый рассказ)

Взлетело над Русью воронье.

Мерным, неумолимым шагом, надвигалась на русское войско темная масса кнехтов. Ржали за ними рыцарские кони, отсвечивал доспехами главный тевтонец проклятый. Мрачным предзнаменованием сложила над ним крыла свои сова свинцовая, которой оружейники литовские шелом поганый украсили. Звенели тетивы арбалетные, туча стрел в небо поднялась.


Приподнялись над валом,что рать русскую защищает, две головы с очами ясными - как у Финиста Ясна Сокола, - с бородами да усами русыми. Глядят на вражеское войско пристально. Та голова, что постарше, сказала:


- Ну что, княже? - сказал воевода Бобок.

- Пора на лютую сечу дружину выставлятьCollapse )

Исповедь старого большевика (новый рассказ)

Дай, сынок, сигаретку. Что там у тебя, «Кэмел». Ишь, дымится. Трудно представить, а ведь каких-то пару десятилетий назад он для нас был чем-то чудным. За такую пачку, сынок, многие бы пошли не то, чтобы на предательство родины. Маму бы родную продали, сынок! Да ты не смейся, не смейся. Подкури мне лучше, чтоб я за дорогой следил да от руля не отвлекался. Здоров, я надеюсь? Хотя да, конечно. Вы, с Cовка, едете с говном в голове, но здоровыми телом. Это здесь блядь в Канадах-хуядах, народ гнилой блядь в теле. Кого ни копни, в яйцах излучение, ну, в смысле, радиация, в голове блядь туман от травы этой ебанной, а по венам герыч на хуйCollapse )

шпион вышел вон (анонс романа)

... На лице Анатолия приклеены усики, как у Ягоды.

Он нервно теребит их, время от времени почесывая — той же рукой, - в паху.

Старуха держит в руках маузер. Она глядит на связанного агента ЦРУ Майкла Лунини и вся, кажется, поглощена пленным. Тем не менее, она говорит:

- Хватит срам теребить, Геннадий! - говорит она.
- Это нервное, мама! - говорит Анатолий.
- Вот женился бы, сразу бы стал спокойнее, - говорит он.
- На ком? - говорит старуха саркастически.
- Нынче что ни баба, так проститутка, - говорит она.
- Только девственная комсомолка, отличница учебы и активистка, - говорит она.
- ... была бы тебе хорошей женой, Иннокентий, - говорит она.
- Но где их таких теперь искать? - говорит она.
- Мама, да вы же сами такой не были! - говорит Анатолий.
- Вы же сами мне говорили, что.. - говорит он.
- Цыц, блядина! - говорит спокойно старуха.
- У меня были жизненные обстоятельства... - говорит она.
- Я попала в застенки палачей, притворявшихся советскими следователями, - говорит она.
- Там меня били, пытали, насиловали, - говорит она, почему-то, мечтательно.
- Но товарищ Сталин разоблачил кодлу Ежова, издевавшуюся над людьми, - говорит она.
- Они понесли заслуженное наказание, - говорит она.
- Их всех расстреляли! - говорит она.
- Мама, так я никогда не женюсь, - говорит Анатолий жалобно.
- М-м-м-м-м, - мычит Лунини.
- Раскрой ему рот, - говорит Старуха. Collapse )