Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

Республика ГУЛАГ и её обитатели-2

Самое главное это то, что в «Республике ШКИД» - и в республике ШКИД (то есть, не только в романе, чье название взято в кавычки, но и в самом исправительном учреждении) — все люди не те, за кого себя выдают.

Вот появляется новичок, Ионин. Мы его будем знать под кличкой «Японец». Так его назовут за внешность. При этом Ионин, мальчишка, свой сознательный подростковый возраст проведший в бродяжничестве... бегло говорит по-немецки. Это выясняется, когда группа детей из ШКИДа отправляется на прогулку, Ионов случайно видит группу немецких моряков, они перемолвливаются словечком... ну, а после сироты и их преподаватель немецкого, Эланлюм, находят Японца бойко болтающим с веселыми моряками. И даже задают им множество вопросов, один из которых звучит особенно смешно: «а почему в Германии революция-то не состоялась?». Но к этому мы вернемся позже, а сейчас немецкий. Дети недоумевают, как и сама преподавательница, а сам Ионов объясняет, что «выучил немецкий по самоучителю». После этого советский читатель, удовлетворенно кивнув — аа, вот оно что — ехал, что называется, дальше. Но нам-то с вами можно задавать вопросы, так давайте этим займемся. Первый, и самый важный, звучит так. Можно ли выучиться язык по самоучителю так, чтобы на этом языке легко разговаривать с носителями? Ответ очевиден, это нет. Даже так, НЕТ. Даже так, НЕТ, НЕТ и еще раз НЕТ.

Конечно же, ребенок, бегло говорящий на немецком, выучил этот язык дома.

В случае с «Японцем» вариантов тут немного. Научили немецкому языку мальчика или родители или гувернер (гувернантка). Вывод для самого Ионина неутешителен: ребенок происходил из семьи интеллигенции (может, даже и хуже, из обрусевших немцев). За подобное легко убивали, поэтому автобиографию надо перепридумать. Отсюда и «найденный в дороге самоучитель», который маленький беспризорник на обледенелых дорогах России жадно читал, ставя себе произношение. Кстати, Ионин, после того, как в ШКИДЕ его не утопили в параше, как хотелось Крупской, вырос и занимался творчеством. Так, он писал либретто к опере Шостаковича. Я так полагаю, нашёл самоучитель либретто в голодные беспризорные годы:)

Вам, конечно, кажется, что я преувеличиваю, что чудеса возможны. Мало ли, в ШКИД-е наловчился. Дадим слово Шостаковичу:

«Георгий Ионин - тоже в своем роде выдающаяся личность. Он бывший беспризорник, уголовник. Воспитывался в колонии имени Достоевского для дефективных. Такое нарочно не придумаешь. Ионин был выдающийся специалист в русской литературе. Не знаю, где он так насобачился (выделено мной — В. Л.).

Где «насобачился»? Любимая советская игра. Что, где, когда... Очевидно, 12-летний Ионин «насобачился» писать либретто и разбираться в русской классике в разговорах с революционными немецкими матросами, говорить с которыми, в свою очередь, «насобачился» по обрывку газеты «Красной Германии», куском которой кто-то подтерся в параше, да и бросил на пол.

… Человек эпохи такие моменты считывал сразу. Читатель «Мастера и Маргариты» сразу понимал, о чем речь в отрывке про «нехорошую квартиру, в которой пропадают люди». Люди, еще не пропавшие, но которые вполне могли исчезнуть в любой момент, сразу соображали: речь о том, что из квартиры периодически кого-то «брали». Для меня, читавшего «МиМ» в начале 90-хх, буквально 11-летним, это словосочетание - «нехорошая квартира» - было пустым звуком. Ну, мало ли, чего. Может, там по ночам сова ухает. Мистика всякая. А в СССР мистика носила портупею, и приезжала по ночам, в «воронке». И нервное напряжение это возможно понять лишь человеку, который имеет хоть какое-то представление об истории своей страны. Булгакова часто упрекают в том, что «библейская» часть его романа выглядит искусственно, неинтересна, в ней нет ничего нового... Думаю, замысел Мастера состоял в том, чтобы показать аналогию страстей Христовых со страстями России, которая умирала на своей Голгофе в годы Булгакова. И если понять это, то вся «искусственность» исторической части «МиМ» развеивается, как туман в нехорошей квартире.

ГУСАРЫ (новый рассказ)

Первыми просыпались голуби.

За окном было сыро, на зеленой и мокрой траве синели бусинки фиалок,а голуби бродили по цементной дорожке под окнами, и ворковали. Один, два, три... после малыш сбивался со счета, потому что еще не научился толком считать. Достаточно было, что не два, а больше. После голубей вставал малыш - спускался с кровати, и шел к окну, там взбирался на стул, опирался на подоконник локтями и высовывал голову в окно. Этаж был первый, так что никто не беспокоился. Внизу сновали голуби, перед домом зеленела лужайка. В городке вообще все было очень зелено, это из-за климата, объяснил отцу гость - большой мужчина в белом халате. Опрыскивая малышу лицо, обоженное вспышкой артиллерийского пороха, врач сказал, что эта долина в Венгрии - из-за влажного климата и песчаной почвы, - издавна использовалась под плантации черники.

- Из которой делают ликер “Веллингтон”, - сказал врачCollapse )

анонс нового романа

Последние два года брака наш дом населяли привидения: призраки бешенных псов с красными глазами и молчаливых, окровавленных детей,
вырезанных горскими кланами в беспощадной борьбе за люцерну, вереск и пшено. Если бы у меня был килт, я бы в нем щеголял. За столом
мы сидели, как разорившийся шотландский лорд и его сварливая жена — пара, потерявшая все, - и лишь перебрасывались оскорбительными
репликами да изредка просили друг друга передать что-то.

- Передай мне пожалуйста соль, говорила она.

И голос жены звучал в моем сердце пустыней, гулкой пустыней песков, сметенных в кучу гигантской метлой яростного Сета. Красноглазого,
рыжего Сета. Ах ты, ублюдок. Я поднимал свои слезящиеся глаза от прибора, и на другом конце стола — огромного, массивного, она искала
его полгода, — окруженного стульями из гарнитура, выжидавшими, черными, покорными, словно обступившие нас слуги, — видел Алису. Она,
конечно, глядела в сторону.

- Прости что ты сказала, - говорил я.

- Соль, говорила она.

- Передай мне соль, говорила она.

Лорд и его супруга отрабатывали только первые реплики. Дальше в дело вступали все портовые шлюхи и кабатчики Гамбурга. Причем нередко я выступал
за шлюху, а она — за кабатчика. Мы бранились, перекатывая по столу слова, от которых обычный брак рассыпался бы неловко собранным детским
домиком. Дом без фундамента, мука без клейковины, бетон без цемента. Вот кто мы были, и я каждый день оплакивал нас, не решаясь одеть
траурные одежды. Она, я знаю, поступала так же.

---------------------------------------------------------------------------------------------------------

25 апреля. Новый роман В. Лорченкова. "Свингующие пары". Текст в свободном доступе. Здесь.

ЗАЛЕЧЬ НА ДНО В ТИХУАНЕ (новый рассказ)

Официантка, шаркая, убрала пустые тарелки на том самом подносе, на котором принесла две большие чашки кофе. Старая, толстая негритянка. Чулки у нее сползали на пятки, а накрахмаленный фартук был потрепанным. Когда она подошла к столу, то молча посмотрела на них, и покачала головой. Старая добрая мамми. Они проводили официантку взглядами, потом уставились друг на друга, и фыркнули, оба. Стали пить кофе. Он ласково потрогал под столом ее ножку своей ножищей. Она млела. Ах.

- Знаешь эту старую историю про девчонку, к которой приходил отец?Collapse )

УТРО ВСТРЕЧИ ИЗМЕНИТЬ НЕЛЬЗЯ (новый рассказ)

... и вот, когда Колька Наумов совсем было прощался с жизнью, прямо из стены и появилась гостья из будущего.

Красивая женщина в обтягивающем серебристом комбинезоне, с шлемом в левой руке и длинным бластером в правой. Целилась она им прямиком в Колиных обидчиков. Алиса, миелофо.... подумал Коля, и потерял сознание. Чтобы очнуться спустя несколько минут от любовных похлопываний по щекам да объятий ребят, которые его тормошили. Одноклассники, неделю разыскивавшие Кольку по всем чердакам да подвалам Москвы, где парня спрятали похитители, уж и не думали найти его живьем...

Женщина в это время наводила порядок.

- Стоять на месте, - сказала женщина с бластером.
- Федеральная служба безопасности Галактики, - сказала она.
- Просто поднимите руки и встаньте к стене, - сказала она.
- И вторую пару рук тоже, - сказала она.
- И третью, и хвостами не шевелитьCollapse )

рассказ в "Русском пионере"

Я был жирным неудачником тридцати семи лет и подумывал о самоубийстве. Никаких эмоций. Все рационально. Плюсы этого поступка перевешивали преимущества жизни. Я уже почти решился, но, к счастью, в тот момент умерла моя московская бабушка. Я поехал на похороны, случайно выяснил, что никого больше у нас не осталось — ни у меня, ни у нее, — и, стало быть, я круглый сирота. Поэтому именно мне выпала честь продать ее квартиру за два дня до того, как меня прирезали бы те, кто претендовал на ее жилье. Я и продал. А после срочно вернулся в Кишинев. Получается, сорвал куш. Заодно еще и трахнул толстенькую лимитчицу из Одессы, которая жила с бабушкой последние пять лет, вытирая за старушкой говно. Я даже фамилию ее почти запомнил. Надулова, Задулова... Что-то в этом роде. Она перебралась в Москву во время дутого российского изобилия и подрабатывала в московских газетах и журналах до тех пор, пока их там не трахнул кризис, не прошли сокращения и ей не пришлось стать тем, кем она и была на самом деле. Украинской прекрасной няней из сериала «Моя прекрасная няня», только не такой стройной, не такой молодой и не такой прекрасной. В первый же вечер у гроба старушки она рассказала мне, какое ужасное говно эти москвичи, как они ее достали и как здорово жить где-нибудь в Турции, где-нибудь в Бодруме...

— Где-нибудь в Бодруме во время турпоездки, — хотел сказать я, — хочешь ты сказать, детка...

Но было поздно, мы уже целовались

анонс новой книги

Мужчины поют песню Володи Высоцкого про волков, сидя вокруг костра, в руках они держат фляжки, сам генерал Альбац сидит на шкуре рыси, она явно свежесодранная — кое-где шерсть спеклась от крови, но рысь выглядит все такой же недовольной, - и задумчиво глядят на искры костра... Фоном — черный лес. Все мужчины — молоды, среди них единственный в возрасте — какой-то Чин лет 60, огромный пузатый, в комбинезоне танкиста, но без знаков отличия. Он говорит, глядя на искры.

- Так и мы, ребята, - говорит он.
- Мелькнем в космосе огоньком, - говорит он.
- И исчезнем, - говорит он.
- А как, куда, что и почему... - говорит он.
- Хуй его знает, - говорит он, и разводит руками.

Мужчины сдержанно кивают. Гигант в комбинезоне улыбается.

- Вот вы, лейтехи, думаете, товарищ генерал вам Селигер разводит? - говорит он.
- Как бы не так, Селигер... - задумчиво говорит он.
- Я, ребята, вам жизнь раскладываю, - говорит он.
- Всю, как она есть, - говорит он.
- И мелькнете вы в ней, как и я, на миг, - говорит он.
- Так что же теперь, нет смысла в ней, в жизни? - говорит он.
- Как думаете, ребята, - говорит он.

Глядит внимательно на всех лейтенантов, щурится.

Слушатели напрягаются, до них доходит, что речь идет не об отдыхе у костра, а об экзамене, пусть и не таком простом, как пробежаться по заснеженной равнине с волками и убить рысь голыми руками... Один из лейтенантов — мы узнаем молодого Альбаца, - говорит:

- Разрешите высказаться, товарищ генерал? - говорит он.
- Товарищи блядь на хуй в Совке пидарском остались, - говорит генерал.
- Господин генерал, - говорит он.
- Так точно, виноват, - говорит лейтенант.
- Саечка за испуг! - хохочет генерал, щелкает лейтенанта по подбородку.
- Товарищ, товарищ... ведь все мы товарищи здесь, ребята, - говорит генерал.
- Значит, мысль такая, что... - говорит лейтенант.
- Стой, Вася, - говорит генерал.
- Выпей сначала, - говорит он.
- Разведчик должен четко формулировать мысль даже после принятия алкоголя, - говорит он, произнося «алкоголь» с ударением на первую «а».

Все выпивают из фляжек, лейтенант Альбац делает особенно большой глоток под одобрительным взглядом генерала. Оглядывает внимательно коллег. Игра света, отблески пламени, тающий снег в маленьком рву, которым окаймили костер, ветви деревьев, похожие на лапы рыси из-за налипшего на них света... камера чуть поднимается, потом начинает кружить вокруг костра, как искра... гаснущая на ветру искра, символизирующая жизнь простого лейтенанта ФСБ... Мы слышим голос лейтенанта Альбац, который звучит уже сверху. Он говорит:

- Я думаю, товарищ генерал... - - говорит он.

Камера поднимается все выше, мы уже не слышим отчетливо, что говорит лейтенант. Слышны только обрывки фраз, слова.

«Поскольку... девятнадцать по сорок... еще Айвазовский... очереди за луком... в рот его и в ноги... а расстрел парламента? что касается утки... отчего бы не добить... ребята еще в прошлом финансовом отчете... касаемо Карзая... доблестные молодогвардейцы... хотят ли русские войны... блядь, а если сапогом по пизде?! .. то-то и оно, что хуем в щи не лапти... теорема Ферма как доказатель...»

Камера показывает с высоты птичьего полета лес, костер с окружившими его мужчинами выглядит сверху маленькой искоркой (что, несомненно, тоже Символизирует — В. Л.). Постепенно, камера начинает опускаться, медленно, - как и поднималась, - кружа. Общий план костра, людей, докладчика. Он как раз заканчивает. Он говорит:

- И если жизнь простого лейтенанта ФСБ, - говорит он.
- Как совершенно верно отметил товарищ генерал, - говорит он.
- Можно сравнить с искоркой костра, - говорит он.
- То, говоря о таких уважаемых людях, как например, - говорит он.
- Генерал ФСБ, - говорит он.
- Мы не можем не признать, что речь идет пусть и о быстротечности бытия, - говорит он.
- Но в совершенно очевидно бОльших масштабах, - говорит он.
- Вроде вот этого полена, - говорит он, показывая на большой тлеющий сук в костре.
- Который еще многие часы будет дарить тепло нам, людям, - говорит он.
- И давать путевку в жизнь сотням... нет, тысячам маленьких искорок-лейтенантиков! - говорит он.

Садится (говорил стоя, вытянувшись по швам). Коллеги смотрят на лейтенанта с плохо скрываемой ненавистью, как днем — догонявшие группу диверсантов волки. Это нормальное чувство любого коллектива в адрес чересчур выдающегося, в самом плохом смысле этого слова, индивидуума.

- Соснул хуйца, пидар, - шелестит кто-то сзади.

Генерал, отпив немного спирта из фляжки, говорит:

- Хорошо загибаешь, Петя, - говорит он.
- На СМИ тебя, что ли, поставить, - говорит он.
- У нас как раз шарага новая открылась, - говорит он.
- «Нью-таймс» называется, - говорит он.
- Как прикажете, товарищ генерал! - говорит, волнуясь и радуясь, лейтенант.

Снова черный лес за спинами мужчин. Затемнение...

… на темном фоне брезжит что-то красное. Оно становится ярче, мы видим огонек. Слышим шепот.

- Альбац, Альбац, вставай, - говорит голос.
- Вставай, лейтеха, - говорит он.

--------------------------------------------------------------------------------------

1 сентября. новая книга В. Лорченкова. Тут.

анонс

...ярко освещенная афиша. «Тор-Молот Судьбы», написано на ней. На афише изображен мужественный гомосексуалист
с пластмассовыми латами, длинными накладными волосами и устрашающим выражением лица, которое не пугает, а
напротив, манит и зовет просмотреть новый блокбастер всего за 20 долларов. Тор-Молот Судьбы держит в левой руке
огромный молот. А в правой — почему-то, молнию, что неуловимо делает его похожим на сотрудника
электрораспределительных сетей.

- Бог Тор бля не только молотом, он еще и базукой, - слышим мы голос.
- Ага, а если излучателем красно-фиолетовым бля как? - говорит другой голос (все голоса — детские - прим. В. Л.).
- Да херня все это, вот пушка-гамма, вот то бля... - говорит кто-то.
- Ха-ха, а космического огнемета не хоче... - говорит кто-то.
- Если на воине будет защита-700, то срать ему на твой косми... - говорит кто-то.
- Интересно, пушка-гамма правда есть? - говорит кто-то.
- Ясен хуй есть, ее даже по телику показы... - говорит кто-то.
- Не пизди, это было вовсе не... - говорит кто-то.
- Кто пиздит? - говорит кто-то.
- Ты пизди, да не запездывайся, - говорит кто-то.
- Я за слова свои отвечаю, - говорит кто-то.
- Считай, проотвечался, - говорит кто-то.
- Проотвечался, очком на хуй попался, - парирует кто-то.
- Че ты бля сказал, пидор? - говорит кто-то.
- Пидор был твой папа, еще когда его твоя ма.. - говорит кто-то.

Камера опускаемся. Мы видим под щитом — чуть поодаль от лейтенанта Петреску, - стайку беспризорных детей. Им от
7 до 10 лет, но может быть и 12 (просто от недоедания и недосыпа беспризорники всегда кажутся на два-три года
младше, чем они есть). Все щуплые, в вещах не по размеру, вещи рваные... Дети слегка заторможены, - это клей, самый
дешевый и сильнодействующий наркотик, - но довольно опасны даже в таком состоянии. Это обычная для Молдавии шайка
беспризорников, которых бросили родители, уехавшие на заработки за рубеж. У этого кинотеатра они следят за
припаркованными автомобилями — чтобы никто не проколол шину (а если не заплатите, они вам ее и проколют), любуются
афишами, обсуждают новые фильмы...

Двое — один в вязанной шапочке, другой в ушанке без уха, - вот-вот сцепятся (это между ними возник спор).
Держат друг друга за грудки.

- Брейк, - говорит лейтенант Петреску.

Дети обращают на него внимание. Сразу подходят. Лейтенант становится похож на площадь святого Марка, усеянную
голубями и туристами. Еще он смахивает на Белоснежку, к ногам которой льнут зайчики, оленята, барсучки и прочая сказочная
живность Диснея. Со стороны это выглядит, как благородное Подвижничество полицейского, отдающего здоровье и жизнь
детям из неблагополучных семей.

- Брейк, оборванцы, - говорит Петреску.
- Здрасте, - говорит один из беспризорников.

Шмыгает (звук шмыгания постоянно сопровождает разговор беспризорников, так как они постоянно простужены, - прим. сценариста).

- Принесли? - говорит беспризорник.

Петреску вынимает что-то из кармана кителя...

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Осталось полтора месяца. Новая книга В. Лорченкова. 1 марта.

"Мразь". Здесь

детдом

большое спасибо Евгению и Ирине Должненко, а также Сергею и Марине Давлетшиным
за помощь детскому дому г. Кишинева на Баюканах (правильнее говоря - приюту
для сирот от монастыря Хынку по адресу Кишинев, Баюканы, ул.Онисифор Гибу 4/2).

благодаря им в приюте теперь :

чистящие-моющие средства: 90 кг стирального порошка, 40 литров жидкого мыла, средства для
мытья посуды, мыло детское, крем для обуви, зубные пасты (детские), ополаскиватели,
шампуни и щетки; (всего этого хватит примерно на 4-5 месяцев)

и все для школы - бумага обычная (6 пачек) бумага цветная (20 наборов), гуашь (20 наборов),
ручки, карандаши, клей ПВА, скотч, тетради, пеналы и т.д. (месяца на 3)

и, конечно, конфеты и апельсины.

в приюте - 65 детей от 3 до 16 лет. трехлеток - 20 человек. желающие помочь (там всегда
нужны средства гигиены и вообще продукты не мешают) могут
обращаться по указанному адресу или звонить настоятельнице приюта матушке Вере
по телефону: 51-84-20

приют - хоть и при церкви - светский (представитель государства, обучение в лицее по
соседству и т.д - то есть, никакого мракобесия)



лучший рассказ 2011

http://magazines.russ.ru/october/2011/7/lo5.html

проходят дни настоящей русской литературы в журнальном зале
(событие кстати очень и очень редкое, редчайшее даже).
август, пора отпусков, нигерийский литературный фронт
расслабился. и вот уже почти неделю в Журнальном Зале
появляются один мой хороший текст за другим. теперь -
мой рассказ Ленинградские дети

ну и конечно - роскошные Копи Царя Соломона

UPD нет, понятно, что наступит осень, Люди вернутся на места,
колючей проволокой ощетинится строй, а там и зима наступит, снова
не дадут Нацбест, Большую книгу, Букер и т.д и т.п. но тексты,
тексты-то каковы. мы не жалуемся, мы хвастаемся, доктор.